Социальная и клиническая арт-терапия Переподготовка на психотерапевта Психологическое образование

Арт-терапия ВИЧ-инфицированных женщин с наркотической зависимостью на разных стадиях ремиссии

Введение

Лечение и реабилитация лиц с наркотической зависимостью является серьезной медико-социальной проблемой в силу стойкого характера психологических, биологических и социальных нарушений, связанных с наркопотреблением. Во многих случаях наркопотребление тесно связано с коморбидными психическими расстройствами, а также ВИЧ-инфицированностью и присоединением иных инфекционных заболеваний, таких как хронический вирусный гепатит, туберкулез и другие. Социально-психологическая адаптация наркопотребителей и тех из них, кто встал на путь избавления от патологической зависимости, во многих случаях осложняется из-за неприязненного отношения к ним в обществе – стигматизации.
Многочисленные трудности на пути социально-психологической адаптации возникают у женщин, имеющих опыт употребления ПАВ и зараженных ВИЧ. По данным Федерального научно-методического центра по профилактике и борьбе со СПИДом, доля женщин среди всех ВИЧ-позитивных составляет более 40%, при этом большинство из них находятся в наиболее благоприятном репродуктивном возрасте (от 18 до 30 лет).
Многие женщины, живущие с ВИЧ, в определенный момент оказываются перед необходимостью принять решение, иметь или не иметь ребенка, сохранять или прерывать беременность. По данным Всемирной организации здравоохранения, риск передачи ВИЧ от матери ребенку при отсутствии профилактических мероприятий составляет 20–45%. Однако в случае своевременного назначения и проведения терапии, а также при последующем отказе от грудного вскармливания этот риск снижается менее чем до 2%.
При постановке на учет в женскую консультацию беременным ВИЧ-инфицированным женщинам не всегда оказывается психологическая и социальная помощь. Стигматизация ВИЧ-инфицированных беременных и отсутствие группы взаимопомощи и достаточной поддержки от специалистов приводят иногда к поздней постановке на учет в ЖК или отказам женщин от наблюдения.

Помимо многочисленных трудностей, касающихся реализации ВИЧ-инфицированными, имеющими опыт употребления ПАВ женщинами своей репродуктивной функции, их социальная адаптация затруднена из-за дополнительных препятствий на пути трудоустройства. Например, большинство ВИЧ-инфицированных в Ленинградской области являются безработными.
Все эти данные показывают, что социальная и психологическая реабилитация и профилактика социального исключения женщин с опытом употребления ПАВ и при этом зараженных ВИЧ требует участия разных специалистов и реализации комплексных программ лечебно-реабилитационной и профилактической направленности, ориентированных на разные аспекты биопсихосоциального функционирования таких женщин.

Методы арт-терапии в лечении и реабилитации наркозависимых

Используемые на сегодняшний день в разных странах мира лечебно-реабилитационные подходы к работе с наркозависимыми базируются на разных принципах и методологиях. В то же время, очевидна взаимодополняемость психологических, медицинских, педагогических и социотерапевтических мероприятий в целях более эффективного предупреждения и лечения зависимости. С учетом стойкого характера аномальных психологических установок, характерных для потребителей ПАВ и отсутствия психотропных средств, способных оказать на такие установки существенное влияние, «наиболее перспективной представляется разработка нелекарственных (психологических) подходов» (Сиволап Ю.П., 2007, с. 6).

Ряд зарубежных авторов отмечают, что применительно к лечению и реабилитации наркозависимых методы арт-терапии обладают значительным потенциалом и даже определенными преимуществами, по сравнению с иными психотерапевтическими подходами. Преимущества арт-терапии перед другими методами психологической работы с наркозависимыми неоднократно отмечались в зарубежной литературе (Adelman E. and Castricone L.,1986; Cantopher T., 1999; Foulke W.E. and Keller T.W.,1976; Moore R.W.,1983).

E. Adelman and L. Castricone (1986) подчеркивают такую особенность наркозависимых, как социальная изоляция и в связи с этим -- ценность арт-терапии в качестве средства ее преодоления, поскольку она предоставляет участвующим в занятиях пациентам возможность использовать символические средства коммуникации в качестве более психологически безопасных, по сравнению с речью. На основе полученного опыта символической коммуникации участники групповых занятий могут затем развивать и иные формы контакта друг с другом. Символическая коммуникация может служить альтернативной формой общения в тех случаях, когда словесное общение затруднено или невозможно, либо когда для него существуют выраженные психологические барьеры, что, например, характерно для пациентов с зависимостью от ПАВ.

В общем обзоре современных методов психотерапии зависимостей Т. Cantopher (1999) отмечает ценность арт-терапии, которая позволяет преодолеть защитные механизмы в виде отрицания проблем, интеллектуализации и подавления сложных переживаний. N. Albert-Puleo (1980) и L. Johnson (1990) указывают на способность арт-терапии повышать самооценку и избавлять от ощущения собственной неполноценности лиц, отягощенных зависимостью от алкоголя и наркотиков. N. Albert-Puleo (1980) также отмечает характерные для лиц с зависимостью от ПАВ трудности в контроле над сложными эмоциями и склонность к их импульсивному отреагированию.

Хотя в работе с лицами, страдающими зависимостью от ПАВ, применяется как индивидуальная, так и групповая арт-терапия, ряд авторов указывает на большую ценность групповой арт-терапии. Так, H. Winship (1999) описывает работу динамической арт-терапевтической группы. Он обращает внимание на трудности включения лиц, проходящих лечение зависимости от ПАВ, в групповой контекст: «Потребители наркотиков, по большому счету, не хотят находиться в кругу людей, они словно «онемели» и невосприимчивы к чувствам окружающих, а потому групповая работа изначально будет затруднена» (р. 47). В то же время, этот автор подчеркивает решающую роль группы, обеспечивающую эмоциональную поддержку участников занятий и сокращение межличностной дистанции.

Используемые варианты групповой арт-терапии с такими пациентами различаются не только по условиям проведения занятий и роли ведущего группы, но и по срокам. При этом сроки арт-террапи могут определяться исходя из продолжительности стационарного лечения или пребывания в специализированном реабилитационном центре. В некоторых случаях, когда речь идет о работе в амбулаторных условиях, могут быть использованы более длительные формы арт-терапевтической поддержки. Описанию арт-терапевтической работы, проводимой в амбулаторных условиях с пациентами с зависимостью от ПАВ, посвящена публикация N. Sprinham (1999). Этот автор применял краткосрочный вариант групповой недирективной арт-терапии.

Примером арт-терапевтической работы, проводимой на базе стационара, специализирующегося на лечении аддиктивных расстройств, может являться статья C. McClean (1999). Этот автор считает арт-терапию одной из форм глубинной психотерапевтической работы, ориентированной на раскрытие и осознание клиентом своих переживаний на основе вербальной и невербальной коммуникации с арт-терапевтом.

К сожалению, опыт лечебно-реабилитационного применения арт-терапии с наркозависимыми за рубежом пока ограничен. В зарубежных публикациях этот опыт представлен исключительно в форме описания отдельных случае (single case studies), при этом лечебно-реабилитационные эффекты арт-терапии ни разу не были подтверждены на основе применения валидных инструментов психодиагностики и статистического анализа данных. В настоящее время в нашей стране активизируется использование арт-терапии в деятельности учреждений, занимающихся лечением и реабилитацией наркопотребителей. Происходит изучение ее лечебно-реабилитационных эффектов. Опубликованные данные отечественных исследователей подтверждают достаточно высокую эффективность этого относительно нового вида психологической помощи наркозависимым (Богачев О.В., 2007, 2008; Копытин А.И., Богачев О.В., 2008, 2009).

Учреждения, на базе которых проводилась арт-терапия

Методы арт-терапии и психотерапии искусством (терапии творческим самовыражением) в целом могут применяться в работе с наркозависимыми на базе разных государственных и негосударственных учреждений. На сегодняшний день в Санкт-Петербурге и других городах Российской Федерации имеется опыт арт-терапевтической помощи наркозависимым в условиях психиатрических учреждений (Копытин А.И., 2002), наркологических больниц и диспансеров (Путешествие к самому себе, 2007), а также специализированных реабилитационных центров. Различные общественные организации и церковь нередко осуществляют или поддерживают деятельность клубов и групп встреч для бывших наркозавивимых, внося свой вклад в дело их реабилитации и поддержание устойчивой ремиссии.

В данной статье отражен опыт арт-терапевтической работы с ВИЧ-инфицированными женщинами с героиновой зависимостью, находящимися на разных стадиях ремиссии. Первый описанный в статье случай иллюстрирует участие пациентки в групповой интерактивной арт-терапии, проводимой на базе дневного стационара психоневрологического диспансера, куда она впервые поступила в связи с депрессивным эпизодом. Второй случай является иллюстрацией применения арт-терапии в условиях двух специализированных негосударственных учреждений, занимающихся оказанием помощи наркозависимым -- загородного стационарного реабилитационного центра «Мельничный ручей» и культурно-оздоровительного клуба «Добрый мельник».

Арт-терапия в условиях дневного стационара психоневрологического диспансера

  1. В условиях психоневрологического диспансера использовался тематический вариант групповой интерактивной арт-терапии. Занятия проводились от трех до пяти раз в неделю, продолжались 50 минут и имели обычную для тематических групп структуру.

Использование разнообразных тем и техник тематической групповой арт-терапии, а также разных изобразительных материалов и форм творческого самовыражения позволяло гибко строить работу, в зависимости от состава групп, индивидуальных особенностей их участников и этапа лечебно-реабилитационного процесса.
Группы были полуоткрытыми. Продолжительность участия больных с различными психическими заболеваниями в работе арт-терапевтических групп составляла от нескольких занятий до нескольких месяцев. Средний срок занятий в группе составлял полтора-два месяца. В отдельных случаях этот срок удлинялся.
В группах, как правило, участвовало от четырех до шести человек. Большее количество участников в группе допускалось редко. Это было связано как со спецификой данного контингента больных, так и с ограниченными размерами кабинета. Учитывая особенности данного контингента больных и условия проведения арт-терапии, задачи работы заключались в следующем.
Во-первых, в устранении или ослаблении психопатологических проявлений, связанных как с самим психическим заболеванием, так и с психологическими реакциями на заболевание или его социальные последствия. Предполагалось, что использование арт-терапии может дать положительный эффект по мере ослабления психотической симптоматики под влиянием психофармакотерапии и выхода на первый план психологических проблем и симптомов невротического уровня, в частности, в форме депрессивных реакций, сопровождающихся ощущением тревоги, уныния, скуки и апатии. Подобные реакции в той или иной степени выраженности имелись у многих больных и были связаны с личностной дизадаптацией. Для многих из них были характерны сниженная самооценка, ощущение пустоты и бессмысленности существования, негативная оценка жизненных перспектив.
Во-вторых, задачи работы включали достижение более высокого уровня психосоциальной адаптации больных посредством изменения системы их отношений и развития соответствующих психических качеств и навыков. а также более адаптивных моделей поведения, Это было возможно благодаря лучшему пониманию больными особенностей своего состояния, причин и механизмов развития болезни, совершенствованию навыков саморегуляции и эффективных вариантов копинг-поведения, формированию более адекватной, положительной самооценки, осознанию своих возможностей и жизненных целей, развитию коммуникативных навыков, творческих увлечений, совершенствованию способности к принятию самостоятельных решений, формированию устойчивой системы социально-значимых связей. Проблемы психосоциальной адаптации больных тесно связаны с реабилитационным этапом работы.
Арт-терапевтические группы являлись смешанными по возрастному и половому признакам; в них входили больные с различными психическими заболеваниями. Преобладали пациенты, у которых имелись эндогенные психические заболевания -- шизофрения, аффективные расстройства и психические нарушения вследствие органического поражения головного мозга. Несколько меньше было пациентов с невротическими, связанными со стрессом и соматоформными расстройствами, расстройствами личности, а также психическими и поведенческими расстройствами вследствие употребления психоактивных веществ.

Пример: Татьяна

  1. В момент поступления в дневной стационар психоневрологического диспансера Татьяне было 35 лет. У нее определялось смешанное тревожное и депрессивное расстройство. На лечении в дневном стационаре она оказалась впервые, после того, как самостоятельно обратилась к врачу с жалобами на сниженное настроение. В прошлом она в течение нескольких лет принимала героин, однако благодаря прохождению курса стационарной реабилитации смогла справиться с зависимостью и в течение последних пяти лет воздерживалась от их приема. В то же время, ее эмоциональное состояние оставалось неустойчивым, а уровень социальной адаптации – низким. Непродолжительное время состояла в браке, на момент начала лечения была разведена, детей нет, постоянной работы не имела. У нее также отмечались периоды усиления тяги к употреблению наркотиков.
  2. Перед поступлением в дневной стационар стала особенно тягостно переживать одиночество, отсутствие семьи и постоянной работы. Татьяну также беспокоили неприятные воспоминания и сновидения, связанные с приемом наркотиков.
  3. Вскоре после поступления в дневной стационар, уточнения характера заболевания и начала медикаментозной терапии Татьяне было предложено посещать арт-терапевтическую группу. После беседы с арт-психотерапевтом она дала согласие на прохождение арт-терапии.
  4. Поначалу в группе была пассивной и малозаметной. Фон настроения оставался сниженным, но постепенно Татьяна все больше и больше включалась в работу, с интересом выполняла различные задания и активно участвовала в обсуждениях. Установила с несколькими членами группы близкие отношения и общалась с ними в дневном стационаре после окончания занятий.
  5. Рисунки Татьяны свидетельствуют о ее готовности работать со сложными переживаниями и высокой степени искренности в раскрытии своего внутреннего мира. В этом отношении показателен ее коллаж на тему «Я как сообщество», отражающий некоторые наиболее значимые проблемы и элементы ее системы отношений и свидетельствующий о богатстве внутреннего мира пациентки. Все это, а также способность Татьяны к анализу и осознанию своих чувств и особенностей поведения, позволило ей понять некоторые причины и механизмы возникновения у нее проблем в прошлом и в настоящем.
  6. Татьяна активно участвовала в совместной работе с другими членами группы с использованием группового и парного рисунка, в частности, при использовании техники «Драматическая арена», причем многие ее рисунки, привнесенные в общую композицию, имели сложный характер, вызывали множество разных ассоциаций.
  7. Незадолго до завершения работы в группе и выписки из дневного стационара Татьяна создала рисунок, отражающий ее впечатления от группового процесса. Она изобразила лабиринт, символизирующий ее «блуждания» в мире малопонятных и неприятных для нее переживаний, мыслей и воспоминаний, а также превратности судьбы и отношений с другими людьми. В левой части рисунка изображен закрытый глаз, а в правой — открытый. Комментируя свой рисунок, Татьяна сказала, что он отражает ее выход из тьмы к свету, из «замкнутого пространства», связанного с чувствами одиночества и безысходности, на свободу. Она полагала, что это стало возможно благодаря ее участию в арт-терапевтической группе.
  8. Описывая свои впечатления от занятий, она отметила, что общение с людьми в процессе арт-терапевтической работы было для нее очень важным, и что арт-терапия позволила ей увидеть незаурядность многих людей. Она также подчеркнула, что занятия в группе способствовали развитию у нее чувства ответственности и некоторых ценных социальных навыков, а также проявлению у нее альтруистических потребностей и способности к установлению неформальных контактов с другими членами группы.
  9. В период посещения арт-терапевтической группы Татьяна смогла найти для себя более интересную работу, а также включилась в качестве волонтера в группу поддержки для бывших наркоманов. Наше общение с Татьяной в течение нескольких месяцев, а затем возобновившееся спустя два года после завершения ею арт-терапевтической работы позволило сделать вывод, что ее состояние характеризуется достаточной устойчивостью: она работала, имела довольно широкий круг общения и с надеждой смотрела в будущее.

Арт-терапия в условиях специализированных негосударственных учреждений, занимающихся оказанием помощи наркозависимым

Первые попытки использования различных методов творческого самовыражения и арт-терапии в реабилитации наркозависимых были сделаны О. В. Богачевым во время работы в общественной организации «Возвращение», которая располагает загородным стационарным реабилитационным центром «Мельничный ручей». Прохождение им курсов, а в последующем – и пролонгированной образовательной программы по арт-терапии, наряду с получением регулярных супервизий, позволило перейти к внедрению и систематическому использованию арт-терапевтических методов а деятельности этого центра.

Организация «Возвращение» основана в 1988 г. как одна из форм негосударственной поддержки людей, вставших на путь избавления от наркотической зависимости. Организацией были созданы такие формы их поддержки, как амбулаторное консультирование, краткосрочная профилактика рецидивов, долгосрочная реабилитация с медико-социальным сопровождением, психологической и духовной поддержкой бывших наркозависимых. При активном участии самих пациентов был построен стационарный реабилитационный центр «Мельничный ручей» с церковью, мастерскими и фермерским хозяйством.

Важное место в деятельности центра с самого начала его работы занимает терапия занятостью, трудотерапия (работа на ферме, обслуживание хозяйственных нужд центра), а также христианские ценности, рассматриваемые как один из факторов психологической и духовной поддержки проживающих в центре. Начальный опыт применения на базе реабилитационного центра методов вербальной психотерапии и консультирования говорил о большой сложности доступа к переживаниям наркозависимых. Трудности в осознании и выражении ими своих чувств, в сочетании с выраженными защитами и сопротивлениями часто оказывались непреодолимым препятствием для тех форм психологической помощи, которые основаны на вербальном взаимодействии с пациентами. Это заставило отказаться от традиционных форм психологической помощи и искать новые пути работы с наркозависимыми. Одним из них явилась арт-терапия и методы творческой реабилитации.

Наиболее приемлемой организационной формой арт-терапии для центра, исходя из оценки его финансовых и кадровых возможностей, а также средней продолжительности пребывания в нем пациентов (3-4 месяца), оказалась краткосрочная тематическая группа. Группы были полуоткрытыми и состояли из 15-20 человек, возраст которых колебался от 18 до 32 лет. Женщины составляли примерно 30% от общего числа участников. Некоторые участники арт-терапевтических групп проходили курс реабилитации при РЦ повторно, в связи с возобновлением наркопотребления, происходившим после возвращения в город.

В групповых занятиях обычно участвовали всё клиенты, которые находились в реабилитационном центре, за исключением больных и дежурных. Групповые занятия, как правило, проводились два или три раза в неделю, продолжались два часа. Выбор тем и техник работы определялся, исходя из оценки потребностей группы, а также общих задач реабилитации. Кроме того, применение некоторых приемов и техник групповой работы служило задаче профилактики рецидивов.

Поскольку после выписки из стационара или отъезда из РЦ наркозависимые в ремиссии сталкиваются с многочисленными проблемами (необходимостью трудоустройства, нахождения жилья, восстановления социальных контактов и связей с близкими, поиском своего нового места и смысла жизни, освоением новых ролей), это сопряжено с повышенной психологической нагрузкой и нередко является для них серьезным испытанием. При этом может усиливаться тяга к употреблению психоактивных веществ, что приводит к срывам.
В таких условиях наркозависимые в ремиссии нуждаются в длительной поддержке, которая может осуществляться в разной форме и быть связанной с семьей, церковью, разными программами, осуществляемыми государственными учреждениями и общественными организациями. Немаловажную роль, в особенности, в случае ВИЧ-инфицирования и заболевания гепатитом, играет медицинской наблюдение и прохождение курсов высокоактивной антиретровирусной терапии (ВААРТ), тормозящей развитие ВИЧ-инфекции. В отдельных случаях, при развитии или возобновлении психогенных реакций или иных психических расстройств, наркозависимые в ремиссии могут получать психиатрическую и психотерапевтическую помощь, в том числе, амбулаторно, посещая специалиста или проходя курс поддерживающей терапии на базе дневного стационара психоневрологического диспансера.
Важную роль в поддержании устойчивой ремиссии могут играть различные групповые формы работы, организуемые за пределами лечебно-реабилитационных учреждений, в частности, группы общения, своеобразные клубы бывших наркозависимых. Терапевтическая среда таких групп формирует и поддерживает здоровые социальные связи, решимость и веру в выздоровление, позволяет реализовать положительные качества личности и развивать навыки, необходимые для жизни в социуме. Большую ценность при этом имеет возможность общения без наркотиков, реализации и дальнейшее развитие творческих и коммуникативных навыков.

Одной из форм такой поддержки и организации здорового досуга бывших наркозависимых является созданный в Санкт-Петербурге в феврале 2006 г. (по инициативе двух экс-руководителей реабилитационного центра «Мельничный ручей» - Рыдалевской Е. Е. и Богачёва О. В) культурно-оздоровительный клуб «Добрый мельник». Встречи членов клуба проходят один раз в неделю по воскресеньям с 16 до 19 час. Такие встречи включают групповые арт-терапевтические занятия.
Встречи в культурно-оздоровительном клубе «Добрый мельник» имеют следующую структуру: в течение первого часа ребята делятся своими впечатлениями за прошедшую неделю, обсуждают проблемы. Затем делается короткий перерыв на чай. После перерыва проводится арт-терапевтическое занятие на определенную тему, которая либо выбирается на основе материала дискуссии, либо предлагается ведущим, исходя из терапевтических и реабилитационных задач. Используется широкий набор разных арт-терапевтических методов и форм творческого самовыражения с преобладанием визуально-пластической экспрессии.

Группа не ограничена по срокам и имеет открытый характер. Большинство ребят посещают клубные встречи достаточно регулярно, в течение многих месяцев, а некоторые – уже более года. Поскольку группа является открытой, работа не имеет стадийного характера. В то же время, благодаря наличию устойчивого «ядра» группы в лице ребят, длительно посещающих клуб, во время встреч преобладает теплая, доверительная атмосфера и понимание общих целей.

Пример: Марина

Марине 30 лет, замужем имеет годовалого сына и дочь 10 лет от первого брака. Старший ребенок живет отдельно с бабушкой. Воспитывалась без отца. Отношения между членами семьи сложные: Марина соперничает с матерью, пытается строить свою жизнь без ее непосредственного участия. В настоящее время не работает, находится в отпуске по уходу за ребёнком. Образование незаконченное высшее гуманитарное. Перед выходом в декретный отпуск работала в реставрационных мастерских.
Стаж употребления наркотиков 10 лет. Неоднократно лечилась, предыдущие ремиссии были непродолжительными, последняя ремиссия продолжается уже два с половиной года.
Физически развитая, имеет крупные, гармоничные формы тела. Во время наркотизации заразилась гепатитом и ВИЧ, общее время инфицирования составляет около 7 лет. Последние полтора года принимает ВААРТ. Физическое состояние стабильное, удовлетворительное. В то же время, периодически наступают периоды слабости и сниженного настроения, а также повышенной раздражительности. Муж также инфицирован ВИЧ, в прошлом – наркозависимый, принимает ВААРТ. Ребенок здоров.
Марина по характеру общительная, с выраженными лидерскими чертами, при этом самокритичная, склонная к депрессивным переживаниям, артистичная, обидчивая, контролирующая, склонная к перфекционизму. В отношениях с ровесниками часто является «душой компании».
Марина поступила в реабилитационный центр «Мельничный Ручей» в конце 2005 года. Проходя трехмесячный курс реабилитации, регулярно участвовала в арт-терапевтических занятиях. После окончания курса реабилитации, возвратившись в город, через три дня пережила клиническую смерть от передозировки наркотиков и попросилась на повторный курс. Была принята через месяц. Оказавшись на повторной реабилитации, снова участвовала в работе арт-терапевтической группы.
В процессе посещения арт-терапевтических занятий на базе РЦ «Мельничный ручей» Марина показала выраженную динамику состояния и отношения к групповой работе. В первый раз она отнеслась к предложению посещать арт-терапевтическую группу с выраженным неудовольствием, всячески пыталась пропустить групповые занятия, ища «социально значимые» предлоги – убраться на кухне, помыть посуду. Отсутствие мотивации к арт-терапевтическим занятиям было в значительной мере связано с недостаточной мотивацией к прохождению курса реабилитации в целом.

Через некоторое время после начала работы в группе Марина стала более активно участвовать в занятиях по арт-терапии. Она с некоторым интересом включалась в процесс создания рисунков, но созданные ею работы все же указывали на некоторую формальность и недоверие к терапевтическим возможностям творческой деятельности. Для нее было характерно отсутствие каких-либо целей и ориентиров на будущее, периодически переживаемое состояние безнадежности и бессмысленности жизни. Показательны такие выражения, как: «Мать все равно воспитает дочку лучше, чем я», «ВИЧ все равно не даст долго жить», «я – никто».
Ее первая мандала, созданная во время первого пребывания в РЦ, имеет «рыхлые» красные внешние границы, а центр выполнен черным цветом с добавлением красного. Изображение в целом аморфно и размыто. Показательная подпись к рисунку:
«У тебя нервяк
У меня депрессия.
У тебя мороз
У меня агрессия».

Весьма красноречив ее автопортрет, также созданный во время ее первого пребывания в РЦ «Мельничный ручей»: Марина изобразила себя с опущенной головой, повернувшейся спиной к людям. На спине – черный крест. От фигуры по направлению к ларьку с вывеской «Пиво» прорисована серым цветом дорога. В верхней части рисунка также изображены многочисленные серые бутылки, жилой дом с черными окнами и производственные трубы с клубами дыма.
Настрой Марины во время прохождения повторного курса реабилитации на базе РЦ заметно отличался от того, который был характерен для ее первого пребывания в этом учреждении. Переживание клинической смерти могло подтолкнуть Марину более серьезно отнестись к своей судьбе. Ее повторное поступление в РЦ являлось более мотивированным и осознанным.
Ее отношение к арт-терапевтическим занятиям стало более серьезным и ответственным. Занимаясь в группе, она действительно стала работать над собой. Она сама вызвалась помочь ведущему организовывать группу, приходила раньше других участников, чтобы подготовить необходимые материалы и помещение.
На этот раз ее эмоциональное состояние стабилизировалось быстрее, и она смогла успешно справиться с перепадами настроения. Благодаря проработке во время арт-терапевтических занятий такой темы, как ВИЧ-инфекция, Марина стала более трезво и осознанно относиться к своему диагнозу и поняла, как ее жить дальше с этим заболеванием.
Она перестала убегать от своих проблем и заняла более активную позицию в их решении. Весьма показательным является ее второй автопортрет (Рис. 61), на котором она изобразила себя в образе смеющегося клоуна, с широко открытыми глазами. Работа над автопортретом доставила ей большое удовольствие и завершилась оригинальным выступлением. Когда участникам группы было предложено озвучить свой образ, Марина спела веселую, жизнеутверждающую песенку и «выскочила» из своего автопортрета, заявив, что он стал для нее мал.
После прохождения реабилитации в РЦ «Мельничный Ручей», вернувшись в город, стала активно посещать клуб «Добрый мельник». Ей удалось устроиться на работу туда, куда она давно стремилась попасть. Участвуя во время посещения КОК «Добрый мельник» в арт-терапевтической группе, на занятии, посвященном интимным отношениям («Моя вторая половина»), она смогла лучше осознать барьеры, мешающие ей создать семью. На одном из последующих занятий в клубе она познакомилась со своим будущим мужем. Будучи беременной, она с большим энтузиазмом работала волонтером-консультантом в областном центре СПИДа.
Созданная в этот период мандала заметно отличается от первой: она изображена в виде лампочки желтого цвета с отчетливо видимой нитью накаливания. Свой рисунок она назвала «Свет» и сопроводила следующим текстом:
«Тишина, темнота
Я совсем одна
Натыкаюсь на углы
Выключатель не найти
Я вижу свет, за столько лет
Или это самообман? НЕТ
Господи помоги, руку свою протяни
Не оставь одну, на этом нелёгком пути
Ведь я так хочу жить
И любовь ребёнку своему дарить».

Сейчас Марина воспитывает ребенка, живет в браке. Регулярно наблюдается у врачей. Проведенное психологическое исследование указывает на выраженную положительную динамику эмоционального состояния, самовосприятия и творческой активности Марины за период ее занятий на базе РЦ «Мельничный ручей» и КОК «Добрый мельник» (1,5 года). Так, применение теста САН указывает на заметное повышение показателя самочувствия (с 4, 2 до 5, 3 баллов) и менее заметное повышение показателей активности и настроения. Применение теста оценки тревожности (ИТТ) указывает на выраженное снижение показателей как ситуативной (с 3 до 1 станайнов), так и личностной (с 7 до 4 станайнов) тревожности. Применение теста оценки личностных характеристик свидетельствует о более позитивной оценке Мариной всех пяти оцениваемых тестом личностных характеристик, таких, как экстраверсия, самосознание и организованность, готовность к согласию и сотрудничеству, эмоциональная стабильность, а также своих личностных ресурсов.
Применение Опросника творческих увлечений показало, что Марина еще до начала арт-терапевтических занятий характеризовала себя как творчески увлеченного человека: она любила танцевать и слушать музыку, смотреть альбомы художественных фотографий и читать различную литературу, посещать концерты и кинотеатры. Примерно такой же уровень творческой увлеченности сохранился у нее по прошествии курса занятий на базе культурно-оздоровительного клуба. Она также отметила, что родственники поддерживают ее творческие увлечения. Такие занятия приносят ей удовлетворение и радость, отвлекают от неприятных мыслей, способствуют лучшему пониманию ею самой себя, повышают самооценку и поддерживают жизненный тонус.

Заключение

Несмотря на относительную ограниченность опыта арт-терапевтической работы с наркозависимыми, имеющиеся наблюдения говорят о ее достаточной эффективности в решении комплекса задач, связанных с их лечением и реабилитацией. Групповая арт-терапия обладает целым рядом преимуществ перед другими формами психологической помощи наркозависимым в ремиссии, обеспечивая не только возможность выражения различных переживаний и укрепления психологической автономности участников занятий, но и развитие разнообразных социальных навыков, что имеет решающее значение для психосоциальной адаптации и поддержания устойчивой ремиссии.
Значительную часть проходящих лечение и реабилитацию на базе государственных лечебных учреждений и специализированных негосударственных центров помощи наркозавивимым, составляют женщины (по нашим наблюдениям – около 30%). Некоторые из них ВИЧ-инфицированы, у многих имеются различные коморбидные психические расстройства – аффективные нарушения, расстройства личности, невротические, связанные со стрессом и соматоформные и иные расстройства, в связи с чем возникает необходимость в психотерапии и психиатрической помощи. Приведенные в статье примеры свидетельствуют о том, что, несмотря на серьезность проблемы избавления от зависимости и наличие множества факторов, осложняющих ресоциализацию потребителей ПАВ, некоторым из них удается достичь устойчивой ремиссии и достаточно высокого уровня социальной адаптации. Немаловажную роль при этом играет арт-терапия.

Литература:

Богачев О.В. Арт-терапия в реабилитации наркозависимых // Исцеляющее искусство: международный журнал арт-терапии. 2007. Том10. №1. С.48-66.
Богачев О.В. Арт-терапия в реабилитации наркозависимых // Практическая арт-терапия: лечение, реабилитация, тренинг (под ред. А.И. Копытина). М.: Когито-Центр, 2008, С.192-212.
Копытин А.И. Теория и практика арт-терапии. СПб: Питер, 2002.
Копытин А. И., Богачев О. В. Арт-терапия наркоманий: лечение, реабилитация, постреабилитация. М.: Издательство Института психотерапии, 2008.
Копытин А. И., Богачев О. В. Изменение психического и социального статуса наркозависимых в ремиссии при групповой арт–терапии // Психологический журнал. 2009. Том 30. №1. С. 1-10.
Путешествие к самому себе. Психологическая помощь зависимым и их родственникам методами арт-терапии (под ред. О.В. Платоновой). СПб.: Фонд «В поисках гармонии», 2007.
Сиволап Ю.П. К проблеме психопатологии аддиктивных расстройств // Журнал неврол. и психиат. 2007. Том 107. №11. С. 4-6.
Adelman E. and Castricone L. An expressive arts model for substance abuse group training and treatment // The Arts in Psychotherapy. 1986. V. 13 (1). P. 53-59.
Albert-Puleo N. Modern psychoanalytic art therapy and its application to drug abuse // The Arts in Psychotherapy. 1980. Vol. 7 (1). P. 43-52.
Allen P.B. Integrating art therapy into an alcohol treatment program // American Journal of Art Therapy. 1985. Vol. 24 (2). P.10-12.
Cantopher T. The philosophy of treatment of people with alcohol or drug problems and the place of the psychotherapies in their care // In: D. Waller and J. Mahony (eds.) Treatment of addiction. Current issues for arts therapies. London and New York: Routledge. 1999. P. 22-45.
Foulke W.E. and Keller T.W. The art experience in addict rehabilitation // American Journal of Art Therapy. 1976. Vol. 15 (3). P. 75-80.
Johnson L. Creative therapies in the treatment of addictions // The Arts in Psychotherapy 1990. Vol. 17 (3). P. 299-308.
McClean C. Art Therapy as an intervention within a mother-daughter relationship // In: D. Waller and J. Mahony (eds.) Treatment of addiction. Current issues for arts therapies. London and New York: Routledge. 1999. P. 167-206.
Moore R.W. Art therapy with substance abusers: a review of the literature // The Arts in Psychotherapy. 1983. Vol. 10 (2). P. 251-260.
Springham N. «All things very lovely»: art therapy in a drug and alcohol treatment program // In: D. Waller and J. Mahony (eds.) Treatment of addiction. Current issues for arts therapies. London and New York: Routledge. 1999. P. 141-166.
Waller D., Pleven M. and Groterath A. Introducing new psychosocial elements into already functioning system // In: D. Waller and J. Mahony (eds.) Treatment of addiction. Current issues for arts therapies. London and New York: Routledge. 1999. P. 59-105.
Winship G. Group therapy in the treatment of drug addiction // In: D. Waller and J. Mahony (eds.) Treatment of addiction. Current issues for arts therapies. London and New York: Routledge. 1999. P. 45-58.

Авторы: Богачев Олег ВладимировичКопытин Александр Иванович

Помещения института